Сайт о соотечественниках и для соотечественников

"И теперь уже отныне хорошо всё будет с нами..."

"И теперь уже отныне хорошо всё будет с нами..."

© Flickr.com/- luz -/cc-by-nc-sa 3.0

Портал "Окно в Россию" в рамках сотрудничества с международным творческим ресурсом соотечественников "Подлинник" представляет еженедельную подборку поэтических и и отрывков из прозаических произведений авторов ресурса

Рустам Карапетьян, Россия, Красноярск

Лауреат премии им.В.П.Астафьева за 2007 (номинация «Поэзия»). Победитель конкурса «Король поэтов» 2008 (Красноярск). Финалист Ильи-премии 2008. Лауреат премии "Золотое перо Руси-2010" (в номинации на лучшее произведение для детей).

* * *
В конце незаконного лета
Концы все с концами свести
И с первою порослью света
В неверную морось уйти.

А дальше – лесами, лугами
Вышагивать день напролёт,
И чувствовать землю ногами,
И слышать, как небо поёт.

А ночью, догнавшею следом,
От близости звёздной хмелеть,
И ждать откровенье ответа,
И знать, что немыслима смерть.

* * *
И становится вдруг небо
Снова близко и певуче,
Словно в самом счастном детстве,
Где лесов-полей-и-рек.
Посмотри, как славно лепит
Бог куличики из тучек.
Задохнувшись, рвется сердце,
Перешедшее на бег.
Словно тяжести земные
Спали тусклыми цепями,
И до самого до края
Заливает солнцепад.
И теперь уже отныне
Хорошо всё будет с нами...

– Доктор, мы его теряем!
– Напряжение! Разряд!

Другие произведения автора, а также биография здесь

_________________________________________________________

Наталья Крофтс, Австралия, Сидней


Автор двух поэтических сборников. Лауреат ряда литературных конкурсов, в том числе – «Согласование времён», «Золотое перо Руси», «Цветаевская Осень», «Музыка слова», «Музыка перевода-II», турнира переводчиков «Пушкин в Британии».

"бог за морем или la petite mort"

А пена морская, седая, подступит к ногам,
ласкаясь, приляжет, зашепчет, завертит, закрутит,
разденет тебя донага, разберёт по слогам,
как строки пергамента в поисках тайны и сути.

И в бархатном море, в бесформенных волнах тепла
ты вдруг угадаешь дыхание древнего бога –
в священном экстазе пред ним изовьются тела
входящих в пределы его огневого чертога.

Пробудится бог, ненасытен и неукротим,
и – в путь, за наживой, лишь волны бегут под нажимом
властительной длани, сметающей всё на пути.
Ты рухнешь пред ним, обессиленно, неудержимо.

Лежишь бездыханна. Но тело сияющий бог
поднимет – и примет в объятия ветра и веры.
А пена морская, седая, ласкаясь у ног,
с восторгом глядит на рождение новой Венеры.

Другие произведения автора, а также биография здесь

__________________________________________________________

Елена Шуваева-Петросян, Армения, Ереван

Автор четырех книг стихов и прозы, а также многочисленных публикаций в армянской и российской прессе. Член Союза литераторов России, Союза писателей Армении, Клуба писателей Кавказа (Кабардино-Балкарская Республика, Нальчик).

 

"Под тенью чинары"

Настя поглаживала неохватную многовековую чинару. По ту сторону дерева, прижавшись спиной к стволу, стоял двойник того, кого она любила. Его взгляд тонул в звездном небе, мужчина боялся пошевелиться. На глазах происходило какое-то таинство. Небо в горах так близко – руку протяни и захватишь пригоршню звезд. Полчаса назад этот мужчина обнимал туфовые стены трех эчмиадзинских церквей, прислонялся лбом к камню, что-то шептал на непонятном Насте языке, будто исповедуясь. Фархад на этой христианской земле чувствовал тысячу семисотлетнюю молитву, запах ладана и свечей, биение сердец. Под его чувственными ладонями пробегали века, которые он слушал, затаив дыхание. Мужчина, иноземный и иноверный, пришел сюда без твердого упования, повинуясь капризу этой чужой, но почему-то такой понятной девчонки. За эти минуты Фархад пережил так много, прикоснувшись к своим тюркским корням, что сейчас, у чинары, он просто стоял спиной к стволу и вбирал в себя силу дерева, корни которого с трудом пробили путь к воде в скудной, каменистой земле. Настя гладила чинару, и в этих тихих, задумчивых движениях будто бы истрачивалась ее тоска по Егору.

Ночь. Настя. Чужой мужчина. Место, куда сошел Единородный. И какой неразумный сторож допустил эту странную пару сюда, во святая святых, сокровенный уголок армянской веры, нарушив порядок?! Прежде чем совершить этот безумный поступок, Настя вбежала домой со словами какого-то дикого отчаяния: «Егор, прошу, спаси, спаси меня». Дом, как всегда, встретил гробовым молчанием. Часы показывали неизменное время – без пятнадцати десять. То ли вечера, то ли утра, что уже давно было неважным.

Рассказ полностью, а также другие произведения автора и биография здесь
______________________________________________________________


Игорь Корниенко, Россия, Ангарск

Пишет пьесы, прозу. Участник Форумов молодых писателей России (2004-2011г.г). Стипендиат министерства культуры Российской Федерации (проза, драматургия). Обладатель специального приза жюри международного драматургического конкурса «Премьера 2010» за пьесу «Памятник Гитлеру».

"Бомж, который верил в презумпцию невиновности"

Приснились белые лошади. Жуткие. Где мои нормальные сны? Узнал, что мой отец - не мой отец, и сны стали будто не мои. Я никогда не видел наяву белых лошадей, по телевизору только. Эти были как живые. Окружили меня и заржали все разом. Проснулся от страха. Скалящиеся морды шрамом остались в голове. Закрывай глаза и возвращайся в лошадиное кольцо. В ржанье...

Мама считает, что надо было рассказать про отца раньше. Мама говорит, что давно собиралась рассказать, но боялась, не могла никак решиться, мне всё-таки уже семнадцать. Мама плакала на кухне и просила понять её и простить. Конечно, сказал, что простил. Не мог иначе. И при чем тут мама?! Мама обняла. Я её обнял. Сказал:

– Меня взяли внештатным корреспондентом в «Вечернюю среду», побегу, опоздаю а то.

Мама попросила ещё раз простить её:

– Он бросил, когда я была на девятом месяце, я ждала тебя и не могла причинить тебе боль. А он смог. Он просто взял и ушел. Пропал. Мне даже советовали в милицию обратиться. Но тут подошел срок, родился ты. Ты тяжело болел. Мне было не до отца, да какой он отец...

– Биологический, только что, – подсказал и отправился в коридор за обувью.

Мама с кухни продолжала сквозь всхлипывания:

– Ты же не станешь папу называть Антоном из-за этого? Это убьет его!

– Да нет, не стану. Он всегда был со мной рядом. Столько лет.

Обернулся. Посмотрел в светлый дверной проем, там в свете нового утра на стуле сидела мама и комкала полотенце. Она показалась мне очень старой. Вернулся с ботинками в руках, поцеловал её в щеку. Она неловко обняла меня.

– Вы мои родители, а про оплодотворителя, – я хохотнул, радуясь такому определению, – забудь. Я ему всё это время был не нужен, он мне сейчас ни к чему. Такое нам и даром не надь.

Рассказ полностью, а также другие произведения автора и биография здесь
_____________________________________________________________

Наталья Новохатняя, Молдова, Кишинёв

Член Ассоциации русских писателей РМ. Автор двух поэтических сборников. Дипломант конкурса «Русский Stil-2012» (Вюрцбург) в номинации Поэзия. Дипломант 10-го литературного конкурса «Вся королевская Рать» в прозаической номинации «Просто о жизни» (2013). Редактор на международном творческом ресурсе соотечественников «Подлинник».

"Кабаре"

Тома была продавщицей. Не из тех, наспех состряпанных девяностыми из очкастых филологинь, громкоголосых учительниц и прочих дам c лопнувших НИИ и дышащих на ладан заводов, – о нет! Тома была продавщицей самой настоящей. В советские времена она даже окончила кишинёвский торговый техникум по специальности... да бог с ней, со специальностью, главное – окончила. И как только в её маленьких, но на удивление цепких ручках оказалась твёрдая, ещё пахнувшая типографской краской корочка диплома, юная Тома с головой погрузилась в мутные воды торговли.

Более опытные товарки быстро обучили её, как заработать на дефиците и как завести полезные связи. Науку двойного обмана доверчивых покупателей и ушлого начальства Тома осваивала постепенно и уже сама, вначале стыдливо прикрываясь фразой «надо же как-то жить», а потом и вовсе войдя во вкус. Правда, муж Васечка (к тому времени Тома успела выскочить замуж) жаловался, что её ночное бормотанье, типа, не бейте меня, я всё отдам, мешает ему спать. Но Тома только отмахивалась – не бреши.

А вот девяностые, раздаривая направо и налево кооперативные киоски, французского происхождения бутики и высокомерно посматривающие чистенькими, будто вылизанными, стёклами магазины, Тому обошли стороной. Как раз тогда в самых что ни на есть муках родилась её ненаглядная Ирка. Поэтому время, отмеченное не только бутиками с довеском в виде бритоголовых братков, но и злобой, пенящей рты молдавских националистов, кровью, пролитой на бендерском мосту, истерией повальной еврейской иммиграции, для Томы навсегда пропиталось безгрешным запахом грудного молока.

Рассказ полностью, а также другие произведения автора и биография здесь:

Подборку подготовил Денис Башкиров

 
 
Подписаться на комментарии Комментарии 0
 
 

Новости партнеров

MarketGidNews
JHF.ru
Redtram
Loading...

Новости партнеров


 
Зарегистрироваться
Вход
Через социальные сети
Почта
Забыли пароль?
Пароль
Войти
Регистрация
Все поля обязательны к заполнению
Адрес электронной почты
(используется для входа на сайт)
Имя
(ваша подпись видна другим пользователям)
Пароль
Напомнить пароль
Адрес электронной почты
Удалить
Отмена
map
Настройки профиля
Выбрать файл
Адрес электронной почты
(используется для входа на сайт)
Ник
(ваша подпись видна другим пользователям)
ФИО
Дата рождения
Новый пароль
Повтор пароля
Отмена
Дата публикации
c
по
Отмена