Сайт о соотечественниках и для соотечественников

Опыты церковной дипломатии

3 мая в России отмечается 700 лет со дня рождения Сергия Радонежского — самого знаменитого святого и величайшего подвижника земли Русской, давшего начало всему русскому духовному и культурному Ренессансу. Юбилей основателя и игумена Троице-Сергиевой Лавры — прекрасный повод вспомнить о тех далеких временах, когда монахи и иерархи не считали зазорным принимать активнейшее участие в политических и дипломатических процессах, не просто протекавших на глазах у Церкви, но и прямо ею инициированных. Принимал участие в этих процессах и Сергий Радонежский — монах, игумен, святой и при этом великий дипломат

Национальный святой

О духовном подвиге и монашеском служении Сергия Радонежского написаны сотни томов житий, биографий, диссертаций и научных исследований. О его влиянии на духовное и культурное возрождение Руси, а по сути на становление новой России, написано не меньше. Без Сергия Радонежского и его многочисленных учеников не был бы возможен мощнейший подъем монашеского движения и монастырской колонизации, продолжавшейся 300 лет и приведшей к христианизации и окультуриванию всей европейской части России.

Кстати говоря, участие игумена Сергия в подготовке к Куликовской битве было одним из многих актов его политической деятельности, о чем не встретишь упоминаний в житиях, в отличие от научных исследований и исторических монографий. Историки вообще много внимания уделили Сергию Радонежскому и его участию в политических процессах Северо-Восточной Руси XIV века. Роль троицкого игумена в этих процессах была, в конце концов, признана если и не ключевой, то одной из первостепенных.

Миротворец

Сергия Радонежского «открыл» и вывел на политическую арену митрополит Алексий. Возможно, по совету или по протекции его старшего брата Стефана, бывшего духовником великого князя Семена Гордого. После скоропостижной гибели князя Семена от эпидемии чумы, опустошившей в 1347—1353 гг. Европу, митрополит Алексий становится фактическим главой Московского княжеского дома, а впоследствии и регентом при малолетнем князе Димитрии, будущем герое Куликовской битвы. Именно митрополит Алексий, как отпрыск влиятельного московского боярского рода, продолжил политику своего крестного отца Ивана Калиты по объединению русских земель вокруг одного центра — Москвы.

Сергий Радонежский, чья семья переселилась из Ростовского княжества в подмосковный Радонеж именно в правление Ивана Калиты, стал одним из самых влиятельных сподвижников митрополита Алексия и проводником его политики. С годами упорной духовной работы и монашеского служения росла известность и популярность Сергия в народе, а с ними росли его авторитет и влияние в высших слоях общества. В результате митрополит Алексий мог опираться на Сергия при решении сугубо светских политических конфликтов, когда был необходим именно духовный авторитет известного и почитаемого подвижника. Как это случилось, например, в 1364 году, в острейшем нижегородском противостоянии.

Тогда между суздальским и городецким князьями братьями Димитрием и Борисом Константиновичами вспыхнула борьба за Нижний Новгород, входивший в вотчину суздальско-нижегородских князей. По праву наследования Нижний Новгород должен был принадлежать старшему брату — князю Димитрию Константиновичу, но князь Борис апеллировал к одному из многих на тот момент ордынских ханов — Азизу, получил от него ярлык на княжение и самовольно занял Нижний. Князь Димитрий не посмел самостоятельно оспорить решение хана и попросту выбить брата из города, а обратился за помощью к Москве, которую представлял тогда митрополит Алексий.

Митрополит без колебаний послал в Нижний Новгород Сергия, снабдив его самыми широкими полномочиями, вплоть до введения интердикта — закрытия церквей. Для средневекового города это была почти катастрофа: нельзя было ни окрестить младенца, ни обвенчаться, ни отпеть покойника — замирала практически вся жизнь. Даже при содействии своего старшего товарища и соратника, игумена Нижегородского Печерского монастыря Дионисия Сергию не удалось склонить князя Бориса к уступкам, и пришлось-таки прибегнуть к крайней мере. Но даже потеряв поддержку среди горожан, князь Борис продолжал упрямиться, и только угроза объединенной суздальско-московской рати заставила его отступить из Нижнего и вернуться в свой городецкий удел. До прямых военных столкновений дело не дошло: вмешательство Сергия и воля Алексия позволили решить серьезный внутриполитический конфликт без крови и без привлечения ордынских ханов. Более того, фактически вопреки прямой воле одного из них. А подросший московский князь Димитрий Иванович женился на дочери князя Димитрия Константиновича Евдокии, скрепив тем самым московско-нижегородский союз.

Политическая интрига

Через 10 лет Сергий, Алексий и ставший к тому времени суздальско-нижегородским епископом Дионисий разыграли новую партию.

При дворе князя Димитрия сформировались две церковно-политические партии, ведущие борьбу за наследство престарелого митрополита Алексия. Естественно, что митрополит Алексий стремился видеть преемником сторонника и продолжателя своего политического курса. Однако повзрослевший князь Димитрий хотел избавиться от опеки митрополита, а «княжеская» партия — от доминирования митрополии. Ими была сделана ставка на молодого коломенского священника Димитрия, в просторечии «попа Митяя». Обе партии — «княжеская» и «митрополичья» — искали союзников и внутри, и за рубежом, и так уж получилось, что на кандидатуру Митяя сделали ставку весьма влиятельные на тот момент в Европе генуэзцы и спонсируемый ими Мамай. У Генуи в то время были в Восточном Средиземноморье и Восточной Европе обширные торговые интересы, и она стремилась расширить и укрепить их, получив право самой, без посредников, вести торговлю в русских княжествах. Этому весьма активно сопротивлялся митрополит Алексий, понимая, какой ущерб грозит московской казне, поэтому генуэзцы решили либо свергнуть Алексия, либо в борьбе преемников поддержать его соперника.

В 1374 году Мамай направляет в Нижний Новгород представительное посольство для переговоров о заключении широкой коалиции, в которой помимо московского князя должен был участвовать и его тесть. Однако стараниями ловкого архиепископа Дионисия, возбудившего народ против не слишком корректно ведущей себя с нижегородцами татарской делегации, посольство было уничтожено, и союз сорвался.

Митрополия делает ответный ход: Алексий предлагает на пост преемника Сергия Радонежского. Против крестного отца своих детей князь Димитрий возразить бы не смог, но неожиданно Сергий сам отказывается от поста. Как бы ни были высоки ставки в этой опасной игре, искушение властью радонежский святой сумел преодолеть, предпочтя остаться простым игуменом.

Неожиданный эндшпиль

К моменту смерти митрополита Алексия в 1378 году его сторонники не успели согласовать общую кандидатуру в преемники, и Митяй перехватывает инициативу. Он самолично присваивает себе знаки митрополичьей власти и собирает собор епископов, который должен был поставить в епископы его. С последующим поставлением в митрополиты проблем возникнуть не могло, ибо как раз в том же году в результате очередного переворота при активном содействии все тех же генуэзцев пост константинопольского патриарха занял Макарий, заочно пообещавший Митяю свою поддержку.

Но собор епископов был сорван Дионисием, убедившим своих коллег, что они не имеют права ставить Митяя ни в епископы, ни тем паче в митрополиты. Разъяренный Митяй, не добившись подтверждения и легализации своих полномочий, публично обещает расправиться и с Дионисием, и с незримо стоявшим за его спиной Сергием Радонежским. Угроза становится особо реальной, когда князь Димитрий арестовывает Дионисия, дабы помешать тому лично отправиться в Константинополь и там сорвать планы Митяя так же, как он сорвал их в Москве. Это был беспрецедентный шаг, и ситуация требовала экстраординарной реакции. Дионисий пишет князю письмо с просьбой отпустить его из-под ареста под поручительство Сергия Радонежского и обещает не ездить в Константинополь.

Сергий выступает поручителем, Дионисия отпускают… и тот немедленно отправляется в Константинополь. Казалось бы, авторитет Сергия непоправимо подорван, как и влияние «митрополичьей» партии. Но ничего подобного! Уже почти у Константинополя Митяй, отправившийся вслед за Дионисием, неожиданно и скоропостижно погибает, как потом выяснится на расследовании, насильственной смертью. А за время отсутствия Дионисия случится Куликовская битва, которую нетерпеливые генуэзцы навяжут Мамаю и князю Димитрию… и с треском проиграют. Ни Мамай, ни князь Димитрий особо не рвались к решающей битве. Но первого убедили генуэзцы, второго — Сергий Радонежский, и случилось то, что случилось. Благословив князя Димитрия на войну, Сергий Радонежский сорвал планы торговой экспансии Генуи и духовной экспансии Ватикана, радикально подорвал военно-политическое доминирование Орды и заложил основы новой российской нации, впервые осознавшей себя единой после Куликовской битвы.

Да, это может сейчас многих шокировать. Но не одними молитвами жили тогда монахи и иерархи, а очень активной политической деятельностью. Жизнь Сергия Радонежского и его соратников — лучший тому пример.

Оригинал публикации: Нижегородская Правда
 
 
Подписаться на комментарии Комментарии 0
 
 

Новости партнеров

MarketGidNews
JHF.ru
Redtram
Loading...

Новости партнеров


 
Зарегистрироваться
Вход
Через социальные сети
Почта
Забыли пароль?
Пароль
Войти
Регистрация
Все поля обязательны к заполнению
Адрес электронной почты
(используется для входа на сайт)
Имя
(ваша подпись видна другим пользователям)
Пароль
Напомнить пароль
Адрес электронной почты
Удалить
Отмена
map
Настройки профиля
Выбрать файл
Адрес электронной почты
(используется для входа на сайт)
Ник
(ваша подпись видна другим пользователям)
ФИО
Дата рождения
Новый пароль
Повтор пароля
Отмена
Дата публикации
c
по
Отмена