Сайт о соотечественниках и для соотечественников

"Переезжать или оставаться бороться за Украину?"

На фото: Ольга Шелкова и Александр Горохов

Фото из личного архива героев интервью

Домой, в Россию, пробились из Киева наши соотечественники и коллеги – известные на Украине журналисты – Ольга Шелкова и Александр Горохов. До последнего дня, вплоть до оставления милицией украинской столицы, наши коллеги – публицисты вели свою борьбу словом правды. О том, как внесенные в «люстрационные списки» журналисты выбирались из Украины, читайте в эксклюзивном интервью порталу «Окно в Россию»

– Прежде всего, позвольте поздравить вас, друзья, с благополучным возвращением на Родину. Знаю, что вы пережили реальную опасность, знаю, что не собираетесь отсиживаться и продолжите работу, да и освобождение Украины – это неминуемый конец европейско-бандеровской эпопеи. Расскажите, пожалуйста, о самых тяжелых, переломных днях в украинской столице. Вы очевидцы и прямые участники тех драматических событий. Как это было?

Ольга Шелкова: Спасибо, Валерий. Мы очень рады вернуться домой. Я говорю именно «домой», хотя и родилась в Киеве. В последнее десятилетие идеология украинского государства стала настолько чуждой, что именно Россия стала восприниматься тем самым домом, который мы помним с детства.

Что касается последних дней перед госпереворотом… Драматические события начались утром 18 февраля, когда неофашистские боевики с майдана начали ранее анонсированное «мирное наступление» на правительственный квартал. Поскольку я на тот момент работала еще в Верховной Раде Украины, мы приехали в эпицентр событий около 9.30 утра. К тому моменту весь правительственный квартал уже был заблокирован боевиками, вооруженными бейсбольными битами, ножами, булавами и т.д. Поскольку государственным служащим приказа явиться на работу даже в такой экстремальной ситуации никто не отменял, в сопровождении мужа попыталась найти лазейку и все же пройти в Верховную Раду.

Это было уже невозможно. Боевики окружили все, включая палаточный городок Партии Регионов, который базировался в Мариинском парке. Пока мы искали проход, метрах в 50 от нас начался бой между радикалами и «Беркутом», полетели светошумовые гранаты и коктейли Молотова. На улице Шелковичной радикалы подожгли милицейские грузовики. Нужно было спасать машину, которая оказалась в эпицентре боя. Мы сели в автомобиль и едва успели вырваться: буквально перед нами очередная группа боевиков перекрыла улицу Грушевского. На удивление, нас на автомобиле они выпустили.

Можно сказать, что мне повезло. Я на работу не попала. Мои же коллеги, а коллектив у нас исключительно женский, оказались в ловушке. Путчисты подожгли все блок-посты милиции, забрасывали правоохранителей камнями и зажигательной смесью, в ход пошло боевое и травматическое оружие. Боевики не остановились даже перед тем, чтобы штурмовать окрестные жилые дома. Забрасывали в квартиры дымовые шашки, а люди в испуге выбрасывались из окон. Меня больше всего поразило то, что камни боевикам подавали пенсионерки и учительницы со своими учениками. Настоящее зверье, потерявшее человеческий облик.

Я очень волновалась за своих коллег. Под угрозой штурма комитетов Верховной Рады охрана парламента заблокировала входы в здания, и люди не могли оттуда выйти при всем желании. Страшно подумать, что могло бы с ними произойти, если бы неонацисты прорвали милицейское оцепление.

К вечеру «Беркут» молниеносно выбил боевиков обратно на майдан, но, как и всегда при Януковиче, штурм остановился. Это, мне кажется, и стало той роковой ошибкой, точнее, преступлением власти перед своим народом, которая и предопределила развал государства и госпереворот.

Александр Горохов: Согласен с Ольгой, ведь если бы государство применило законную силу, сейчас в стране был бы уже порядок. Но Янукович упорно игнорировал свои прямые обязанности. 19 февраля утром мы поехали на майдан отвезти для бойцов севастопольских Внутренних войск посылку и, конечно же, не могли не посетить передний край, где у сгоревшего Дома профсоюзов дежурил «Беркут» из Донецка. Один из бойцов продемонстрировал пробитую пулей каску, армированную стекловолокном.

То есть, боевиками явно уже тогда, еще до захвата военных складов на Западной Украине, применялось огнестрельное оружие, в то время как милиция была оснащена лишь дубинками, щитами и светошумовыми гранатами. Боевое же оружие милиции выдали лишь на следующий день, когда боевики, получив вооруженное подкрепление из западных областей, взяли штурмом правительственный квартал. А через несколько часов милиция исчезла из города вообще.

О. Ш.: Я, кстати, до сих пор так и не поняла, что произошло. В середине дня министр внутренних дел объявил, что милиции выдано боевое оружие, в правительственном квартале концентрировались войска и бронетехника. Мы спокойно уехали по делам, уверенные, что к возвращению прочитаем о победах правоохранителей и начавшейся зачистке майдана. Что изменилось за несколько часов, почему Янукович сдался без боя, мы, наверное, узнаем не скоро.

– Ольга Анатольевна, расскажите немного о себе. Вы уроженка Киева, как прошли для Вас первые десятилетия жизни на независимой Украине, как у Вас, вполне успешного по тем меркам человека, сформировались взгляды, сделавшие из Вас противника существующего сегодня режима?

О. Ш.: Я, можно сказать, дитя независимости. В 1991 году училась на первом курсе института. Независимость восприняла равнодушно, в таком возрасте мало интересуешься политикой. Кто тогда мог подумать, что через несколько лет нас попытаются лишить права говорить на родном языке, объявят героями тех, кого мы считаем преступниками, и будут оскорблять все, что нам дорого? Я восемь лет проработала в МИД Украины, представляла нашу страну в Тунисе и Швейцарии. И на самом деле любила Украину, в столице которой родилась и прожила всю жизнь. Настоящий переворот в моем сознании произошел, когда в 2004 году на улицы вышла «оранжевая» толпа, а Виктор Ющенко начал рваться к власти. Уже тогда было отчетливо видно, что он несет с собой фашистскую идеологию, что его соратниками являются неонацисты и фашисты.

Всегда далекая от внутренней политики, я буквально бросилась на митинг в поддержку Януковича, который проходил на железнодорожном вокзале в Киеве. А когда «оранжевый» переворот все же произошел, создала свой интернет-проект с названием «Анти-оранж» для информационного противодействия бандеризации страны и втягиванию Украины в западные структуры. Проект имел большой успех и со временем трансформировался в общественную организацию, которая принимала участие во всех антифашистских и антизападных массовых акциях. Кроме того, именно участники «Анти-оранжа» впервые перевели с польского языка материалы о Волынской резне и других преступлениях ОУН-УПА в годы Второй мировой войны и ввели эти материалы в пространство рунета.

В 2005 году, не желая реализовывать внешнюю политику Ющенко по втягиванию Украины в НАТО и ЕС, подала в отставку с дипломатической службы и ушла работать в Комитет по иностранным делам Верховной Рады, которая на тот момент проводила взвешенную внешнеполитическую деятельность. Теперь же пришлось вообще уходить с государственной службы. Не только потому, что я уехала из страны. Даже оставшись в Киеве, подала бы в отставку, поскольку фашистская диктатура в качестве государственной власти для меня полностью неприемлема. Служить такому государству не хочу.

– Александр Викторович, Вы русский, с Урала. Сюда и вернулись вместе с женой. Ваша жизнь насыщенна и интересна, поделитесь с нами, пожалуйста, как Вы, человек технического склада ума и образования, столь удачно совместили свои технические и творческие проекты? И, конечно, как вошла в Вашу жизнь Ольга…

А. Г. : Я до сих пор не знаю, что мне ближе – техническая сфера или гуманитарная. В школе прекрасно совмещал и физику, и литературу. А в то время, когда настраивал первые в СССР микропроцессорные системы автоматического управления ракет, писал статьи для многотиражки родного предприятия. Был этап, который можно назвать чисто техническим, потом сменившийся чисто творческим. Так жизнь сложилась…

В принципе, как раз время нашего знакомства с Ольгой и пришлось на смену эпох моей жизни. На рубеже тысячелетий я очень увлёкся историей. И на одном из исторических интернет-форумов мы с ней познакомились. Я был в Миассе, она работала в посольстве Украины в Швейцарии, и ни у кого не возникало даже мысли, что такое знакомство может со временем перерасти в нечто большее. Потом я уехал поработать в Москву, а Ольга вернулась в Киев. И когда она собралась на новогодние праздники приехать к родственникам в Первопрестольную, я оказался единственным из нескольких десятков общих знакомых, кто не поленился встретить её в 6 утра на вокзале. Так и нашли друг друга: украинский карьерный дипломат и внештатный сотрудник аналитической группы, созданной отставными советскими разведчиками. В первый же день несколько часов проговорили и поняли, что нашли друг друга. Потом был ответный визит в Киев, потом полгода я разрывался между Москвой и Киевом, пока мы не решили, что пора заканчивать с этой цыганской жизнью.

Похлебать лиха, конечно, пришлось и в Киеве, пока жизнь не наладилась: увы, украинское законодательство очень хорошо защищено от иностранной рабочей силы, а от российского гражданства я отказываться не хотел. Единственной реальной возможностью проявить себя и не сидеть на шее у жены была журналистика. Дело знакомое: писать приходилось и ранее, а тесно общаясь с военными аналитиками, очень многому у них научился. А потом и Ольга подключилась к этой работе. Правда, не под собственным именем, поскольку, будучи госслужащей, считала некорректным смешивать свою личную позицию с государственной.

– Люди опытные, с чувством политического предвидения и быстрой реакцией, вы поняли, что из Киева надо вырываться, потому что там, на месте, вести борьбу стало уже невозможно. Как вам удалось выбраться из Киева? Какие этапы пути, что увидели вы, проехав через полстраны? Какова обстановка на границе?

О. Ш.: 20 февраля, после захвата путчистами правительственных зданий, в Киеве и окрестностях началась паника. Огромные толпы людей скупали продукты в супермаркетах, у заправок выстроились полукилометровые очереди.

Мы до последнего момента надеялись, что Янукович как главнокомандующий все же даст приказ противодействовать государственному перевороту. Но, вернувшись вечером домой, я прочла в новостях, что в Киеве исчезла милиция, правительственный квартал, куда мне завтра идти на работу, не охраняется. Именно исчезновение милиции стало сигналом, что нужно уезжать в Россию, т.к. госпереворот состоялся, а президент нас всех предал, оставив без оружия и организаций самообороны во власти боевиков. Нужно сказать, что киевляне предпринимали неоднократные попытки создать народные дружины. Я лично принимала в этом участие. Мы создали две дружины – с «Верным казачеством» и «Офицерским корпусом». Когда существовала непосредственная опасность штурмов райадминистраций, власть позитивно восприняла эту инициативу. Но после начала переговоров В.Януковича с оппозицией об амнистии, активным горожанам сама же власть стала ставить палки в колеса. Потому к 20 февраля дружины так и не были созданы. Киевляне остались беззащитными.

А. Г. : Выехали мы из Киева в ночь на 21 февраля. Город к тому моменту уже был окружен кордонами путчистов на основных шоссе и пересечениях трасс. Пункты пропуска организованы очень профессионально: заграждения из покрышек и куч дров глубиной в 50-100 метров, для проезда оставлена всего одна полоса в каждую сторону. Если это поджечь, дорога будет перекрыта за несколько минут. По всей глубине «обороны» располагаются вооруженные дубинками боевики, едешь через их строй, под пристальными взглядами. Огнестрельного оружия мы не видели, но, скорее всего, оно там было. Каждый такой кордон охраняет от 100 до 150 боевиков, вырваться оттуда невозможно даже на большом грузовике. Когда мы проезжали, документы еще не проверяли, лишь светили фонарями в глаза и интересовались, что везем. Увидев домашний скарб и кошку, пропустили беспрепятственно. Но уже на следующий день выезжавшие из Киева знакомые рассказывали, что путчисты проводят проверку документов, сверяют имена выезжающих со своими списками. На блокпостах множество сгоревших машин. Подобные кордоны располагались по всей трассе, вплоть до Полтавы.

Первых милиционеров мы увидели лишь в Харьковской области. Никогда не думали, что будем так радоваться присутствию ГАИ. И в Киеве, и по всей протяженности трассы посты ГАИ закрыты, темнота и тишина, жалюзи опущены, безопасность на дорогах никто не контролирует.

- О. Ш.: Поскольку у нас кошка проходит карантин после прививки, решили пережить этот период в Донецкой области, у моей сестры. Но буквально через несколько дней местные власти Юго-Восточных областей начали массово признавать власть киевских путчистов. Потому решили не ждать, пока боевики поставят кордоны на границе с Россией, и отправились на Урал, в конечную точку нашего путешествия. Проезжая через Луганск, у областной администрации увидели пару десятков майданных боевиков. Потом, уже на границе, луганские таможенники сказали, что это первая партия оккупантов, которые пообещали многотысячное подкрепление уже в ближайшие дни для захвата власти в Луганской области. Все служащие собрались вокруг нас с расспросами об обстановке в Киеве, высказывая опасения, что беспорядки перекинутся и на Юго-Восток.

– Как встретила вас Россия? Вопрос статуса, регистрации, дальнейшие планы обустройства? Что посоветуете тем, кто сейчас в раздумьях – оставаться и попробовать выжить на месте или пробиваться в Россию? Стабилизация на большей части территории Украины будет, вероятно, долгой и тяжелой. Каждый сам решает свою судьбу, но в любом случае Украину ждет много испытаний. А кому-то, как вам, там оставаться смертельно опасно. Что делать?

А. Г. : Родина встретила на удивление гостеприимно, даже не ожидали. Те же расспросы об обстановке на Украине, сочувствие и понимание. Так, в живом общении, мы и оформили необходимые документы. Пользуясь случаем, хотел бы поблагодарить работников пункта пропуска «Волошино», дежуривших 24 февраля, за профессионализм и теплое отношение к людям. Что касается статуса, то я по-прежнему являюсь гражданином России. А Ольга планирует получить российское гражданство.

О. Ш.: Я очень надеюсь, что Государственная Дума примет внесенный на ее рассмотрение закон об упрощенном порядке получения российского гражданства гражданами Украины. На Украине очень много людей, которые сейчас сталкиваются с угрозой для жизни из-за своей политической деятельности. Среди них много наших друзей и соратников, оставшихся в Киеве. Меня волнует их судьба. Мы-то уже здесь, но все равно душа не на месте из-за друзей и родных.

Что касается вопроса, переезжать или оставаться бороться за Украину, мне сложно дать какой-либо совет по такому ответственному вопросу. Каждый должен принимать решения сам. Тем более, что мне легче, чем многим. Мой муж из России, здесь тоже живет моя семья. Но из Киева и других оккупированных регионов, конечно же, нужно уезжать. Это не будет ни капитуляцией, ни поражением. Военная стратегия, а на Украине сейчас настоящая война, предполагает тактические отступления для концентрации сил и нанесения контрудара. В любой ситуации самое главное – это люди. Сохранимся мы, вернем и Украину. Русские всегда возвращаются.

– Мы рады, что ваша семья теперь в безопасности, и вы по-прежнему готовы работать, делать все, что в ваших силах, чтобы люди, широкая аудитория в России, на Украине и не только знали правду о том, что произошло. Как вы оцениваете стремительно разворачивающиеся события в Крыму, на Востоке Украины? Как оцениваете дальнейшие перспективы развития острого политического кризиса на Украине?

- О. Ш.: Я просто горжусь своими земляками. Преданные всеми, в том числе органами местной власти, наперегонки спешащими признать киевский путч, они сумели организовать сопротивление и отстаивать свои регионы от бандеровского нашествия. Конечно же, без помощи России устоять они не смогут. В частности, в Харькове громче всех призывавший к сопротивлению Г.Кернес поддержал захвативших здание областной государственной администрации фашистов, направив милицию защищать их от разъяренных жителей города. Если Киев при поддержке местных властей включит государственную репрессивную машину, граждане в одиночку победить ее не способны.

Одно у меня не вызывает сомнений. Неофашистский режим киевских путчистов не имеет ни малейших перспектив. Во-первых, Юго-Восток уже четко показал, что не будет подчиняться бандеровской власти. Россия, в свою очередь, официально объявила, что защитит русскоязычное население этих регионов от насилия. Во-вторых, экономическая катастрофа на территории, подконтрольной путчистам, приведет к массовым восстаниям лишенного средств к существованию населения. Неофашисты хотели революции, они ее получат. Только не в таком виде, в котором ожидали. Ситуация на западе и севере Украины усугубляется еще и тем, что так называемое новое правительство не контролирует деятельность боевиков, которые с оружием в руках занимаются мародерством и терроризируют мирных жителей. Все это создает взрывоопасную смесь, которая в любой момент спровоцирует стихийный бунт на оккупированной боевиками территории. А если к тому моменту, благодаря помощи России, в юго-восточных регионах будет установлен порядок, российские триколоры могут быть подняты и над горсоветами Чернигова, Киева и Черкасс.

Обещанные кредиты МВФ и подписание колониального соглашения об ассоциации с ЕС не могут спасти путчистов, а лишь усугубят катастрофу. На дипломатической работе мне неоднократно приходилось сталкиваться с договорами о кредитах МВФ, которые мы готовили к ратификации. К каждому из этих документов прилагаются «критерии структурных изменений», которые включают в себя список требований валютного фонда по экономической политике. Требования эти неизменны из года в год и включают в себя одновременное замораживание доходов населения и повышение цены на энергоносители, что влечет за собой значительное повышение стоимости коммунальных услуг. Не скрывает этого и сам Арсений Яценюк, уже предложивший украинцам затянуть пояса. Кроме того, запад никогда не дает кредиты нестабильным государствам. Если путчистам не удастся стабилизировать ситуацию, а им это не удастся, кредиты предоставлены не будут.

Что касается ассоциации с ЕС, я как дипломат и человек, три года занимавшийся в МИДе вопросами евроинтеграции, прекрасно понимаю, что договор в том виде, в котором его подготовили к подписанию, полностью уничтожит экономику Украины.

- А. Г. : О договоре позвольте рассказать мне. Я – один из первых людей на Украине, прочитавший это соглашение еще тогда, когда его текст на английском языке был только-только опубликован в интернете. На основании этого текста я подготовил ряд публикаций с подробным разбором соглашения, которые можно найти в моем авторском разделе на сайте «Одна Родина». Если вкратце, то ассоциация с ЕС будет означать крах высокотехнологической промышленности Украины, рост безработицы, падение социальных стандартов, повышение цен на энергоносители, массовое банкротство предприятий и т.д. Это не только мои выводы. В фундаментальном исследовании Международного центра перспективных исследований, принадлежащего фонду Сороса, эти же негативные тенденции описаны совершенно открыто.

Приведу лишь два небольших примера. Соглашение об ассоциации требует от Украины полного отказа от советских ГОСТов. При этом вся высокотехнологическая промышленность, которая существует лишь благодаря сотрудничеству с Россией, работает именно по этим стандартам. Их отмена будет означать полную невозможность промышленной кооперации с РФ и автоматическую смерть этих украинских предприятий. Второй пример касается уже каждого украинца. В договоре об ассоциации Украине навязывается обязательство экспортировать в ЕС энергетические товары по цене не выше, чем она продает их на внутреннем рынке. Понятно, что продавать в Европу газ и электроэнергию по той же цене, что и украинским потребителям, правительство не будет, а поднимет для населения цену на них до европейского уровня. То есть в несколько раз.

- О. Ш.: Вернемся все же к политическому кризису. Сказав, что центр Украины поднимет российские триколоры, я озвучила оптимистический сценарий. Гораздо более вероятно то, что Украина скатится в долгий период анархии, распада и безвластия, когда киевские путчисты будут контролировать лишь правительственный квартал, а остальные территории будут управляться полевыми командирами со всеми вытекающими отсюда «прелестями». На помощь запада, о которой умоляет Турчинов, рассчитывать вряд ли приходится, поскольку ни США, ни тем более Европа не заинтересованы в прямом конфликте с Россией, четко заявившей о своей готовности защитить Украину. И в этом контексте хотелось бы вспомнить слова Сент-Экзюпери: мы ответственны за тех, кого приручили. Помощь России необходима не только Юго-Востоку, но и центральным регионам страны, Киеву. Это должно стать следующим этапом освобождения Украины.

Киев и Центр оставлять нельзя. Не только потому, что это земли, с которых начиналось русское государство. Население Центральной Украины и Киева, конечно, одурманено многолетней бандеровской пропагандой, но по сути пробандеровским не является. Мне как коренной киевлянке сложно сказать, кого больше не приемлет Киев: Януковича или бандеровцев. Центральная Украина – особый регион, со своей культурой и миропониманием, но нейтральный в отношении России. Историческая Малороссия достаточно политически пассивна, и всегда идет за победителем. Потому активного сопротивления тому, чтобы жить вместе с Юго-Востоком, там не будет.

А. Г. : Ольга права. Центр комплиментарен Юго-Востоку и России. Что же касается Западной Украины, а еще точнее, трех областей: Львовской, Ивано-Франковской и Тернопольской, они жить с остальной Украиной не будут. К Киеву и всей стране они относятся как оккупанты, которые должны завоевать, украинизировать и сломать всю страну, навязав ей свою культуру, веру, язык и героев. Достаточно посмотреть, как галицийцы крушили Киев, запугивали киевлян и устанавливали свои порядки. В отличие от 2004 года на сей раз столица путчистов не поддержала. Буквально за несколько кварталов от майдана вообще не было видно, что в городе что-то происходит. А по результатам социологических исследований 55% участников акций на майдане составляли именно жители этих трех областей. Майдан 2014 года – это фактически война трех областей против Украины.

Потому, если удастся восстановить на территории Украины конституционный строй, Западная Украина этого не признает, в свою очередь, объявив о независимости от неугодной им Украины. Я считаю, что не нужно им в этом препятствовать.

- О. Ш.: (смеется) В общем, за Украину от Дона до Збруча… Если серьезно, действительно нет никакого желания воевать с этим инородным телом на его территории.

Подводя итоги. Путчисты разрушили все, что могли разрушить, и Украину ожидает долгий и трудный период восстановления. Не сомневаюсь, что нам удастся спасти нашу родную землю и людей. Мы с Александром, даже живя в России, не оставим Украину и будем делать все от нас зависящее, чтобы защитить страну от путчистов и евроколонизации. Не только пером. Нужно будет, и шпагой.

 
 
Подписаться на комментарии Комментарии 0
 
 

Новости партнеров

MarketGidNews
JHF.ru
Redtram
Loading...

Новости партнеров


 
Зарегистрироваться
Вход
Через социальные сети
Почта
Забыли пароль?
Пароль
Войти
Регистрация
Все поля обязательны к заполнению
Адрес электронной почты
(используется для входа на сайт)
Имя
(ваша подпись видна другим пользователям)
Пароль
Напомнить пароль
Адрес электронной почты
Удалить
Отмена
map
Настройки профиля
Выбрать файл
Адрес электронной почты
(используется для входа на сайт)
Ник
(ваша подпись видна другим пользователям)
ФИО
Дата рождения
Новый пароль
Повтор пароля
Отмена
Дата публикации
c
по
Отмена