Сайт о соотечественниках и для соотечественников

«Я была, наверное, слишком русская…»

Эта история удивительна своим откровением. Сотни тысяч наших эмигрантов пережили нечто подобное. Но когда читаешь рассказ героини портала «Окно в Россию» Марины Хованской о своей жизни, то порой не знаешь, плакать или смеяться…

Profile: Marianna Bogatyr, писатель, в Австралии с 1998 года

- Марина, как давно вы живете в Австралии и каким ветром вас туда занесло?

- Ветром перемен на родине, который начался в наши лихие 90-е. А было это 15 лет назад. Так сложилось, что выбрали именно Австралию. Оказывается, у мужа еще с детства была голубая мечта поехать именно в эту страну. И хотя информации было мало, он выяснил, что это интересная экзотическая страна, и всю жизнь мечтал туда поехать. И я за ним, как декабристка: бросив работу в Институте экономики Академии наук Украины. Он, кстати, тоже бросил свою приличную должность, которая называлась «главный сварщик». И это название стоило нам 3-х лет ожидания.

- Почему?

- При оформлении документов был сделан некорректный перевод, и получалось, что он - «самый главный сварщик страны», хотя на самом деле он был инженером. Именно этот перевод стоил нам того, что мы долго доказывали, что он не варит оборудование, а он – инженер.

- Вот что значит плохо знать язык. Кстати, вы приехали в Австралию с языком?

- Мы учили язык, конечно, я была отличница. Мы с мужем-то, кстати, и познакомились, потому что он мне помогал, допустим, в черчении, а я ему - в языке. Так что были какие-то знания, но, когда мы пересекли границу, то поняли, что мы вообще ничего не знаем, или абсолютно не понимаем наречия, на котором люди разговаривали с нами в аэропорту. Но, слава Богу, была молодая поросль в лице наших детей: одному 14 лет, второй четыре, и она лепетала только по-русски. А у сына была склонность к языкам, и он был фактически нашим переводчиком. Нам было стыдно, конечно, но так уж случилось.

- Хорошо, что поросль ваша помогала вам уже с первых дней пребывания. Скажите, а вы ехали куда-то, к кому-то, или просто взяли и приехали? И каким был следующий шаг после Аэропорта?

- Это самый больной вопрос, потому что когда ты едешь в чужую страну, и там тебя абсолютно никто не ждет, это почти то же, что бросить новорожденного ребенка в бассейн: выплывешь – выплывешь, не выплывешь – ну, что же, такая судьба. У нас было приблизительно то же самое. Мы приехали в чужую страну, где нас абсолютно никто не ждал – ни друзья, ни работодатели – вообще никто. И чтобы даже просто поселиться и где-то переночевать, нам пришлось, опять же, на пальцах объяснять и снижать планку цены до такого уровня, что мы могли себе позволить. Потому что планка эта была просто зашкаливающая в нашем понимании. Даже 10 долларов стоили денег в 90-х годах. А нам предлагали в ночь больше ста долларов платить! Это было очень болезненно, пока мы нашли какое-то жилье, его нам подсказали в аэропорту, кстати, и направили в самое злачное место. В каждом городе, в каждом крупном мегаполисе есть такие места, которые славятся своими экзотическими порядками, определенным кругом лиц. Допустим, в Лондоне это Soho, в Сиднее это - Kings Cross. И вот мы как раз туда и попали, и сразу узнали Австралию не с той стороны.

Мы, конечно, никаким образом не ввязывались ни во что. Для нас это было просто шоком, потому что в те времена у нас на родине только закончился социализм, существовали еще какие-то порядки, не было наркоманов, и мы ничего такого не видели, были далеки от этого. Здесь получилось так, что мы столкнулись с определенной прослойкой – дном общества. Все, конечно, приукрашено, какие-то бары, рестораны, все это симпатично, красиво, но это был экзотический райончик, где было самое дешевое жилье.

- И как долго продолжалась эта ваша «экзотика»?

- Довольно долго. «Экзотика» включала не только такие внешние впечатления, и когда она коснулась самого насущного - еды и выживания - то мы были неприятно удивлены, что мы здесь никому не нужны, что никто нас не ждет. А мы-то ехали (это было очень смешно, конечно) в костюмах. В самолете сидели в костюмах. Можно было подумать, что тут едут какие-то крутые бизнесмены, а на самом деле, жизнь нас сразу поставила в такие рамки, когда надо было снимать этот костюмчик и надевать робу.

Это сделал муж. Ведь у нас двое детей, нужно было как-то определять маленькую дочку в садик, где тоже надо было платить деньги. Сына - в школу, где надо было как-то объяснить, что вот это - австралийская школа, здесь надо как-то по-другому учиться. Но моему сыну повезло, потому что он, пройдя 7 классов нашей советской школы, потом просто валял дурака.

Ему абсолютно там нечего было делать, он разленился, а потом набрал такой высокий бал, что я просто удивлялась. Он выехал фактически на нашей школе. А с дочкой, конечно, было хуже, потому что здесь детей не учат в этих public schools. Им дают какие-то листочки, с которыми я долго боролась, но до тетрадок так дело и не дошло. Они ничего не запоминают, да их и ничему не учат. Сейчас это большая проблема в Австралии, и поднимается вопрос, что образование здесь никуда не годится, если оно не частное. Частная школа – это абсолютно другая песня. Ты платишь деньги, тебя учат. Не платишь деньги – выгребайся, как можешь. Талантливый, работоспособный – выйдешь, нет – извините…

Ну а муж засучил рукава и просто пошел работать. Он, главный инженер крупнейшего донецкого предприятия, главный сварщик, пошел и работал на конфетной фабрике. Пока нам задерживали визу, в Австралии как раз пришла новая власть, и все старые установки отменили. И если раньше иммигрантам давали пособие, то теперь его просто не стало, рассчитывать было абсолютно не на что, только на себя.

- Слушайте, я Вас слушаю и думаю: вы, действительно, были такими наивными? Неужели так бывает? Вы же взрослые люди, у вас двое детей, а вы все бросили и уехали в чужую страну, ничего о ней не зная! Вы сейчас чувствуете, что это было на самом деле безумством с вашей стороны так поступить?

- Я врагу не пожелаю того, что мы прошли на первом этапе. Люди должны быть осведомлены. Нас предупреждали в письмах, которые мы переводили с карандашиком, потому что слов многих не знали: «Вы не надейтесь ни на что». Мы думали - ерунда, не может быть! Мы же такие специалисты, которые востребованы в их списке, когда ты подаешь на эмиграцию! Мы нужны! Куда мы ни придем, всегда будем востребованы! Ничего подобного. Абсолютно ничего этого не было! У тебя нет опыта работы в Австралии, значит, забудь, что ты ее получишь, тебе надо переучиваться. А за какие деньги? Ты же должен заплатить за это. Где взять эти деньги? Мы ведь уезжали не из Москвы, где можно было продать квартиру и получить хоть что-то. Мы уезжали из небольшого городка на Украине, где продали три квартиры и получив, едва скопили на одну машину. Тут говорить даже не о чем. Наивность присутствовала, поскольку не было знаний, не было литературы. Никто ничего не знал. Все бежали буквально пачками в Канаду. Но там было легче, поскольку там была изначально украинская диаспора. И до сих пор там легче найти работу. Здесь же - абсолютно другой подход. Тут надо было просто переучиваться.

- А у Вас никогда не было желания плюнуть на все, собрать чемоданы, вернуться обратно или уехать куда-то в другое место?

- Малодушие было. Как говорят, есть точка кипения, предела, которая постепенно накапливаетсяи вот-вот готова взорваться. Но нам повезло, потому что когда муж работал по 12-14 часов на фабрике, получая за это просто копейки, я пошла учиться, вернее переучиваться. Наивная душа, я, кандидат экономических наук, поначалу везде совала бумажку – я доктор наук! А мне помогли китайцы составить такое резюме. Так от меня шарахались все работодатели как черт от ладана. Ты такая умная, куда же тебя девать, какую тебе зарплату платить?! Когда умные люди подсказали, я просто все это убрала и пошла учиться в обыкновенный техникум. Есть диплом техникума – есть путевка в жизнь. Техникум распределяет, дает практику. Потом работодатель видит, а наших он видит (!), потому что мы дисциплинированные, работоспособные, достаточно умные люди, все схватываем быстро - и поэтому нас берут, мы востребованы.

Но для этого надо было пойти на кое-какие жертвы. Мне - бросить все, забыть свои амбиции и переучиваться на низшую категорию клерка. Я не могла позволить себе университет, хотя надо было идти именно туда. Кто заканчивал университет по второму кругу, у тех сейчас зарплата с шестизначными цифрами. Кто этого не делал, у того хуже.

Дальше - опять была жертва. Я нашла работу, на мою зарплату жили, а муж пошел учиться. Он переучивался на интернет-технолога. Но тогда в Австралии грянул обвал, 2000-й год. Столько специалистов выбрасывалось, крупные компании разорились, конкурс был по 100 человек на место! Муж отлично закончил обучение, что могли сделать немногие, но… не смог найти работу. И, опять засучив рукава, пошел трудиться по своей специальности гибщиком по металлу. Может, это было божье провидение, ведь это его специальность, он ее знает, как Отче наш. И, наверное, было немножко удачи. Когда он пришел на интервью, с ним долго не беседовали, а дали задание - там тоже знают наш русский контингент, знают, что у нас люди грамотные, хорошие специалисты. Ему просто дали чертеж и сказали: посмотри, полчаса тебе на раздумье - как надо решить вот эту задачу? Он говорит: здесь думать нечего. Здесь вот так, вот так и вот так. И его моментально взяли. Это была какая-то невероятная удача! - он получил работу в крупнейшей компании и стал работать по своей специальности.

- Марина, за эти 15 лет что изменилось, какая жизнь у вас сейчас, сегодня?

- Адаптировались к среде. Это было очень важно, потому что законы другие, понятия другие, все - другое. Надо было перевернуть свое сознание. И мы это сделали. Во многом это касается работы: так, как мы привыкли работать у нас на родине, здесь не работают. Люди работают, не поднимая головы. Здесь фактически система выжимания пота, как это было обрисовано классиками. Но, тем не менее, этот пот дал какую-то отдачу. Мы купили дом, мы его выплачиваем. Конечно, ипотеки и все прочее, это отдельная песня и отдельный разговор. Но! - без них нельзя, они дают средства к сосуществованию. Если у тебя хорошая работа, и ты держишься на ней, и ты выплачиваешь этот долг, то можешь потом взять investment и выплачивать. Я вижу, что буквально половина Австралии живет именно на этом - перепродавая эти дома, когда они вырастают в цене. А здесь дома все равно растут в цене. Ведь что ни говорите, а это более-менее благополучный континент. Здесь высокие зарплаты, здесь соблюдают закон, здесь тепло и хорошо. Инфраструктура есть, все есть, живи и радуйся! И я думаю, что жертвы наши были принесены не зря. И дети говорят об этом тоже.

Что касается меня лично, я была, наверное, слишком русская. Мне нужно было очень много лет, чтобы все во мне как-то переломить. Но я больше русская и осталась. Муж - нет, он как-то принял эту систему на сто процентов. А я все еще нет, может быть потому, что у меня такой въедливый писательский взгляд. Я все время сравниваю, анализирую, я вижу недостатки. Но, в общем и целом я вижу, что у Австралии есть чему поучиться многим странам. Они живут здесь гораздо лучше, хотя и проблемы здесь тоже есть.

- Насколько я знаю, у Вас уже есть одна книга - "Новая Зеландия. Край света". Сейчас Вы работаете над второй, которую посвятили Австралии?

- Новая Зеландия… Это было как блеск кометы. Это поразило и легло на бумагу, как по писанному. Австралия же далась мне потом и кровью. Несмотря на то, что мы фактически объездили половину Австралии, что-то меня останавливало, не ложилась строка на бумагу. Но впоследствии, пережив несколько культурных шоков, так как я ездила на родину и обратно, я все-таки приняла эту страну для себя, хотя не могу сказать это на сто процентов.

Рабочее название книги - «Моя Австралия», я еще должна ее перечитать и посмотреть. Дело в том, что я сделала себе свое личное лого – «Страны под микроскопом». «Новая Зеландия» вышла под этим лого, и теперь «Страны под микроскопом. Австралия». Почему «под микроскопом»? Дело в том, что мы не только видим внешние проявления климата, культуры и всего прочего. Мы же немножко и внутреннее состояние знаем, почему это так случилось, как это, почему люди такие, а не другие. То есть мы рассматриваем каждую страну, как жучка под микроскопом…

- Марина, у нас сейчас в самом разгаре зима, у вас - лето. Вы к этому привыкли?

- Когда вы живете половину своей жизни в северной части, организм привыкает к этой температуре. И мне трудно дается здесь лето, не могу к этому привыкнуть. Я гораздо легче себя чувствую где-нибудь в горах. Но, чем хороша Австралия, в ней присутствуют многие климатические пояса. Так что здесь можно и снег увидеть. Вот и сейчас, на Новый год, мы уезжаем туда, где будет прохладнее. Может быть, еще и потому, что мы, конечно, избалованы океаном. Мы живем в таком месте, где океан совсем рядом. И хотя пресыщения океаном не может быть никогда, мы все-таки видим его слишком часто. Поэтому, чтобы немножко «остыть», мы Новый год встречаем всегда то в Новой Зеландии, то где-нибудь в горах, где все-таки попрохладнее. Но тепло есть тепло, и я уже давно поняла его преимущество. Все-таки это здорово! Это другое состояние души, когда светит солнце. Я приезжаю на Украину, а там солнца нет осенью. Начинается день, а солнца нет. И это ужасно, это так давит на психику. И я поняла, что уже не могу без солнца. Оно создает другое настроение, потому Австралия и славится своими улыбками и расположением. И я желаю всем побольше солнечных дней в Новом году!

Оригинал публикации: Окно в Россию
 
 
Подписаться на комментарии Комментарии 0
 
 

Новости партнеров

MarketGidNews
JHF.ru
Redtram
Loading...

Новости партнеров


 
Зарегистрироваться
Вход
Через социальные сети
Почта
Забыли пароль?
Пароль
Войти
Регистрация
Все поля обязательны к заполнению
Адрес электронной почты
(используется для входа на сайт)
Имя
(ваша подпись видна другим пользователям)
Пароль
Напомнить пароль
Адрес электронной почты
Удалить
Отмена
map
Настройки профиля
Выбрать файл
Адрес электронной почты
(используется для входа на сайт)
Ник
(ваша подпись видна другим пользователям)
ФИО
Дата рождения
Новый пароль
Повтор пароля
Отмена
Дата публикации
c
по
Отмена